a

Афган-Кузьминки

Спектакль-маршрут Павла Арсеньева по драматической поэме Кети Чухров.

Советская революция немало трансформировала повседневный быт россиян и, кроме всего прочего, освободила женщин. Александра Коллонтай, революционер и дипломат, ратовала за свободную любовь и добилась успеха в борьбе за право на аборт. Ленин говорил о «браке как узаконенной проституции»: чтобы этого избежать, супруги должны были стать не только любовниками, но и товарищами. Если товарищеский союз не складывался, его легко было расторгнуть: развод считался состоявшимся, если один из супругов сообщал об этом другому письменно. Советская сексуальная революция была задушена довольно быстро и уже в сталинскую эпоху от этих революционных завоеваний осталось немногое. Хотя о равноправии женщин много и велеречиво вещала советская пропаганда, советская женщина была вынуждена выполнять двойную работу – на службе и по дому без какой-либо компенсации, а то и безо всякого уважения к своему труду. Сегодняшние отношения между людьми, опосредованные рыночным капитализмом, не стали ближе к революционным идеалам.
 
На этом историческом и социальном материале основан спектакль «Афган-Кузьминки», создаваемый художником и поэтом Павлом Арсеньевым на основе драматической поэмы Кети Чухров. «Спектакль-маршрут», как называют его авторы, начнется на Апраксином рынке, находящимся на задворках БДТ, а закончится на Новой сцене Александринского Театра. Поэма противопоставляет и связывает грубое просторечие торговых рядов с проглядывающей в нем потенциальностью поэтического языка, который, как известно, растет из сора. Воспитанная суровыми буднями бесчувственная жестокость принимает неожиданный оборот в случае события «любовной речи» (Ролан Барт). Такое возможно, прежде всего, в режиме поэтического говорения, которое не сводится к лирическому монологу, но всегда дает место голосам двоих и более, то есть создает из лирической ситуации – театральную.
 
Сюжет до вульгарного прост: держатель нескольких рыночных точек Гамлет предлагает одной из торговок Гале «повышение по службе» — перейти с галантереи и нижнего белья на кожу и мех — если она разделит с ним постель. Возможность интимного, человеческого и какого-либо другого контакта исключается такими отношениями, к которым героев принуждает логика превращения в товар всего и вся. Однако внутри этой безнадежной экономической схемы между двумя человеческими существами всегда остается возможность чуда — причем не благодаря восстановлению «духовных скреп» или действию небесных сил, но скорее вопреки им.

Режиссёр: Павел Арсеньев
Автор драматической поэмы: Кети Чухров
Исполняют: Владислава Миловская и Пётр Чижов
Дизайнер спектакля: Евгения Мякишева
Саунд-дизайн: Артем Степанов
 

Связанные мероприятия:

26 июля, Петербург. Дискуссия «Быть и исполнять» с Павлом Арсеньевым и Кети Чухров

30 августа, Рига. Лекция Павла Арсеньева о современном экспериментальном театре.

В ситуации настойчивого приглашения в андеграунд современному российскому театру суждено окончательно разделиться на конвенциональные сценические водевили, вытесняющие политическое, и радикальную практику исполнения, нарушающую в том числе институциональные границы театра, становящегося тем самым передвижным, осваивающим все новые и новые социальные пространства и политические регистры, которые больше не изображаются, но индексально включаются в ситуацию театра.

В своей лекции о современном экспериментальном театре Павел Арсеньев расскажет о таких опытах нарушения и расширения границ конвенцинального театра, как Rimini Protocoll, teatr post, Вокруг да около, а также покажет видео собственной постановки «Афган-Кузьминки», поставленной по тексту Кети Чухров на Апраксином рынке в Петербурге.

Встреча


Пресса:

Интервенция в городскую среду // Экран и сцена

Театр в натуре // Газета.ru

Введите свой текст

Введите свой текст…

Групповая выставка «Введите свой текст…»

Выставка «Введите свой текст…» — размышление о роли текста в произведениях современных художников. На выставке будут представлены работы 11 молодых авторов, особенностью которых так или иначе становится использование текста в визуальном искусстве.

Слово и текст сопровождают изображение с древнейших времен, постепенно логично соединяясь в рукописях, книгах, плакатах и т.д., но также проникая в, казалось бы, чуждую для себя сферу — живописного пространства. Беря свое начало в экспериментах авангарда, и достигнув наивысшей точки развития в концептуализме – включение текста в живопись не теряет актуальности до сих пор.

Объединив работы разных авторов, основной темой выставки станет вопрос — кто же они, эти молодые художники, для которых текст основа основ? Последователи концептуалистов, рефлексирующие над искусством его же средствами? Повзрослевшие граффитчики, поменявшие уличные стены на холсты? Современные поэты, создающие некий синтез искусств? Может быть, просто люди, ведущие дневник оригинальным способом?

И, наконец, вопрос, который встает не только перед зрителями, но и участниками и создателями выставки — что же это: вызов или провокация, недостаточность и исчерпанность живописных средств, следование традициями или подражание? Или же единственная возможность высказаться и быть услышанным?

Художники: Павел Арсеньев, Стас Багс, Митя Безыдейный, ЕлиКука,
Максим Има, Мария Крючкова, Кирилл Кто, Дарья Мацкевич, Семен Мотолянец, Тристан Рево, Валерий Чтак.

Куратор: Елизавета Воробьева

Группа текстового искусства


Интервью с куратором выставки «Введите свой текст…»

Neuro Sync Poetry

Весной этого года на Новой Сцене Александринского театра в рамках Лаборатории медиапоэзии прошли первые экспериментальные перформансы с синхронизацией нейроинтерфейсов Neuro Sync Poetry.
В рамках первой сессии композитор, музыкант-мультиинструменталист Олег Гудачёв и поэт Павел Арсеньев создали совместное музыкально-поэтическое произведение. Увидеть, как это было, и узнать некоторые технические подробности можно на видео ниже.

Прямая речь:

«Этот опыт был сотрудничеством не только с другим художником (т.е. музыкантом), но и с дополнительным слоем-актором, который воздействовал возможно не менее активно на нас, чем мы сами своим чтением/игрой на себя или друг на друга. Этот слой оказывался не только визуализацией предположительно происходящих в наших синапсах электрических процессов, но и оказывал обратное воздействие на нашу когнитивную активность. Это как если бы при разговоре, мы видели синтаксическую схему каждого произнесенного предложения. Т. е. кроме чтения своих текстов (что уже как-то обратно воздействует на мозг) и слышимой импровизации устанавливалось рекуретное отношение с этой проекцией (было бы на порядок легче, если бы мы не могли на нее воздействовать, но простой эксперимент с закрытыми глазами позволял мыслям натурально «разлетаться», доказывая обратное)».

Павел Арсеньев

Подробнее в группе NeuroSyncPoetry

Записи чтений и дискуссий

Чтения
в рамках цикла «Сопротивление поэзии» (совместно с Борисом Клюшниковым) в Электротеатре (2017)

Чтения в рамках конференции «Dmitri Prigov, Adresse aux Citoyens» в Pompidu Centre (Париж, 2017)

Readings with Charles Penequin at New Stage of Alexandrinsky Theater (2016)

Выступление на фестивале современной поэзии Audiatur (Норвегия, Берген, 2016), перевод на английский читает Joshua Clover

Вечер
возвышенных стихов на Приговских чтениях (2016)
, начиная с 11:37

Чтения на церемонии вручения Премии им. Драгомощенко (2015), начиная с 36:36

Чтения в ДК Розы (Введенский, Зукофски и собственные тексты)

Чтения на вечере «Дистанции» (совместно с И. Гулиным, Н. Новгород, 2015)

Чтения в галерее Artspace New Haven (совместно с А. Скиданом и К. Чухров, 2015)

Чтения на церемонии вручения Премии им. Драгомощенко (2014), начиная с 34:06

Чтения в Берлине (совместно с К. Корчагиным, 2014)

Чтения на коллоквиуме «Поэзия и философия» (2013)

Чтения на #ОккупайАбай (совместно с Р. Осминкиным и К. Медведевым, май 2012)

Чтения на презентации крафт-книги «Бесцветные зеленые идеи яростно спят» (10 декабря, 2011 года)

Чтения на вечере «Новая кровь в «Старой Вене» (совместно с Д. Гатиной и Р. Осминкиным, 2011)

Чтения в рамках программы “Контекст” (2009)


Дискуссия по выставке Павла Арсеньева «Орфография сохранена» (14 мая 2012 года).

Модератор дискуссии Елена Яичникова. Участники дискуссии: Глеб Напреенко, искусствовед, арт-критик Олег Аронсон, философ, теоретик кино и телевидения Павел Арсеньев, поэт, художник. Иван Ахметьев, поэт, критик, редактор. Данила Давыдов, поэт, прозаик, литературный критик.

Выступление на TEDxNevaRiver об Уличном Университете (2012)

Доклад «Новые медиа и новые формы гражданской демобилизации» в галерее StellaArt Foundation (2012)

Доклад об идеологии книжной серии *kraft на открытии Центра Андрея Белого (2012)

Доклад “Текстовые интервенции в городской среде” в школе «Что делать» (2012)

Слово лауреата при вручении Премии Андрея Белого (2012)

«Как быть писателем?»: современный творческий работник между культурным активизмом и политизацией формы (2013)

Discussion on the relationship between art and activism in times of urgency (with A. Pirici, F. Malzacher at Manifesta10, 2014)

Доклад «Прагматическое измерение поэтического высказывания» (теоретический блок «Самообращенность высказывания в актуальной поэзии и современном искусстве», 2014)

Дискуссия «Вестернизация русской литературы» (совместно с А. Секацким и Э. Шелгановым, 2014)

Слово номинатора на Премии Драгомощенко (2015)

Коллоквиум «Исчезающие языки» (2015)

Речь о Полине Барсковой на церемонии вручения Премии Андрея Белого (2015)

Диалог с Дмитрием Волкостреловым о понятии «дискурсивного театра» на Новой сцене Александринского театра (2016)

Interview on literary positivism and documentary poetical objects for Audiatur Poetry Festival (2016)

Artist-talk «On [Translit], magazine and community» at Audiatur Poetry Festival (Bergen, 2016)

Artist-talk «On documentary poetical objects» at Audiatur Poetry Festival (Bergen, 2016)

Лекция-перформанс «Вынос мозга: поэзия между мнемотехникой прошлого и искусством стирания будущего» на 101. Mediapoetry festival: Форматирование памяти (2016)

Lecture and discussian (in dialog with Chiara Figone) at «Libraries of the Future» at Centre Pompidou (2016)

Лекция «О диалектической материи и действующем знаке в театре Брехта» в раках программы [Тексты в действии] в Центре Андрея Белого (2016)

Artist-talk «The sign with double agency: self-consciousness of a transparent actor» at Tokamak-residency (Helsinki, 2016)

Лекция «Современная поэзия между быстрым письмом и дальним чтением» в нижегородском лектории «Я знаю» (2016)

Доклад «Рождение методологической пластики из духа производственной травмы и мобильных интерфейсов» на коллоквиуме «Знание на экране: новые режимы видимости в социогуманитаристике» (2016)

Доклад «“Бросок костей” между жестом и шифром» на семинаре по прагматической поэтике (2016)

Выступление «О реляционной онтологии литературы в рамках крауд-кампании #19 [Транслит] (2016)

Речь о Pastiche project на церемонии вручения Премии Андрея Белого (2016)

Лекция «Театр настоящего времени: Rimini Protokoll как вымысел действия» и дискуссия (совместно с Е. Гордиенко и В. Склез) в лаборатории Theatrum Mundi (2017)

Мини-курс лекций по прагматической поэтике (2017):

  1. «Коллапс руки: производственная травма письма и инструментальная метафора метода»
  2. «От камня к молотку: от инструментальной метафоры письма и феноменологии литературного труда»
  3. «Паровоз, автомобиль и другие двигатели литературной эволюции».
  4. «Штыки, перья и другие машины войны»

Доклады «Исчерпаемые и неисчерпаемые художественные ископаемые: камень Шкловского и камень Хармана» и «То, что никто никогда не видел»: большие данные против корреляционизма в литературоведении на коллоквиуме «Объектно-ориентированная поэзия» в галерее Anna Nova (2017)

Artist-talk «Documentary-Poetic Objects How to Plug the Poetic Subject into the Material in the Post-Lyrical Age» at Stanford University (2017)

Дискуссия «Перманентная революция и арт-пролетариат» (совместно с А. Секацким, А Лоскутовым, Л. Данилкиным и др.) на международном форуме «Искусство прямого действия» в Музее стритарта (2017)

Дискуссия «После левой поэзии: нигилизм, объектность, медиальность» (совместно с Александром Скиданом, Никитой Сунгатовым, Натальей Федоровой) на Новой Голландии (2017)

Доклад «Vous n’avez encore rien vu»: к прагматике акселерации образа/письма» в рамках коллоквиума «Критика спектакля»: ритмы переломного времени и вопрос о статусе изображения в искусстве (2017)

Artist-talk «Быть и исполнять» после премьеры спектакля «Афган-Кузьминки» (при участии Кети Чухров) на Новой сцене Александринского театра (2017)

Лекция «Арифметике мобилизации и метафизике Числа» (совместно с А. Новоженовой) в рамках REDSOVET [Транслит] (2017)

Выступление «Политика дейксиса» в рамках «Открытого университета» (2017)

Диалог с Михалом Куртовым в рамках проекта «Пропаганда делом: Бакунин в 2017″ («La propagande par le fait: Bakunin en 2017″) в Kunstraum Dreiviertel (Bern, 2017)

Речь об Илье Будрайтскисе на церемонии вручения Премии Андрея Белого (2017), начиная с 39:30

Дискуссия «Воображение и факт» в Электротеатре (в рамках фестиваля «Третьяков.doc»), которая в первый день была посвящена кинолистовкам, а также фильмам Криса Маркера и группы «Медведкин» (совместно с Н. Изволовым и Н. Смолянской), а во второй — кинолистовкам и фильму группы «Дзига Вертов» (совместно с теми же и К. Адибековым)

Выступление в рамках «Ночи идей» («Idées de la nuit») Французского института (2018)

Лекция «Некий двигающийся зрительный аппарат: чтение машинным способом» (2018)

«Би (бли)ография вещи» или литература на поперечном сечении социотехнического конвейера (2018) / Лекция, прочитанная в рамках публичной программы выставки «Генеральная репетиция»

dom-golosov004-1024x798_

Материальная поэзия (цикл объектов)

Лендок, Петербург,
2015

dom-golosov013-1024x665

Поэзия противостоит коммуникации и нуждается в молчании. Ситуация смерти языка кажется как нельзя подходящей для этого. В конечном счете, идеал поэзии – докопаться не до смысла слов, а до смысла самих вещей. Отсюда эссенциалистские амбиции поэзии, ее убежденность в том, что только она может уловить смысл вещи самой по себе, причем именно в той мере, в какой она является антиязыком. По известному выражению Гегеля, «при действительном осуществлении попытки выразить в словах этот клочок бумаги он от этого истлел бы». В цикле объектов «Материальная поэзия» представлены этот (значащее истлевание) и другие сценарии речевой катастрофы, обращенной на сам медиум, традиционный поэтический носитель – листок бумаги. Именно так мог бы выглядеть следующий этап разобретения языка с целью добычи поэтической энергии/вещества, именно так могла бы выглядеть поэзия-после-языка.

12376238_10204874873623814_7614152975127831809_n

12366379_10204874873463810_6406676905329281778_n

12346583_10204874873263805_1011865769193195846_n

«Негация письма и самоорганизация материалов

поскольку смерть языка тема подозрительно плодотворная для разного рода спекуляций, мне показалось важным заземлить это событие на некую конкретную материальность. невоспринятость дерридианской критики голоса обычно заставляет понимать язык через поголовье носителей, а их речь как нечто аутентичное, индексально связанное с телом и потому особенно хрупкое, особенно подверженное смерти. именно поэтому мне показалось важным ограничиться носителями письма, чья судьба может складываться не менее трагично, но более конкретно — в случае их разрушения по естественным или искусственным причинам.
что до последних, то важно иметь в виду, что поэты всегда стремятся трансцендировать язык, причем не только вверх, к нематериальности идеи, но также и вниз, «к самим вещам». не довести до абсурда, но эмулировать эту дейктическую страсть, показать, что происходит при исчезновении языка и в этом смысле (в отказе от медиума языка). ну и эстетика отвергнутых — из-за несоответствия вещам — стихов (скомканных черновиков, сожженных ранних стихов, etc)

потом еще подумалось, что метод последних работ в целом сводится к негации, отсутствию или поломке письма и возникающей на его месте самоорганизации материалов — начиная, по меньшей мере, с вычеркивания «примечаний переводчика», разбитого стихотворением стекла вместо него самого в Хармс-композиции, методической замены письма описанием неисправностей поэтического аппарата в «31 инструкции…», и наконец уже чистой поэзии случайно-машинного — в «текстах под обоями», видео на дорвеи и прочих «фрагментах идеологического серфинга» (непосредственно предшествовавшие этому пару текстографических работ — по стихам Медведева, Нугатова и «б/у Маяковский» — нащупывали и заостряли этот контрапункт между персональностью тона и машинной его опосредования)» — Павел Арсеньев

Цикл объектов «Материальная поэзия» (бумага, земля, вода, пепел, смешанная техника) представлен на выставке «Дом голосов: на полях языка» (Лендок, 13-24 декабря). Фото с экспозиции (Д. Сулицына)

IMG3484

Рецензии:

Работа Павла Арсеньева делает акцент на исчезновении самого медиума письменного носителя — листка бумаги, таким образом заземляя событие смерти языка на конкретную материальность (а также испепеляя его и топя в воде), что в контексте работ, в основном приравнивающих язык к голосу носителей (включая сюда и название выставки, подразумевающее фоническую интерпретацию хайдеггеровской метафоры языка как «дома бытия»), выглядит немаловажным медиалогическим напоминанием: язык без медиума не существует и умирает не только со смертью носителей, но и с разрушением материалов и инструментов передачи.

L5 / syg.ma

 

разделяя-сказанное_

Разделяя сказанное: две работы о коммунизме голоса и письма

Институт ProArte, Петербург,
2015

1. «Пост доверия»

упражнение для сообщества в десубъективации на письме

12341084_1002750616437158_2197723318586827935_n

В этот вечер участники артистического сообщества соберутся для того, чтобы передать друг другу возможность опубликовать в своем аккаунте «пост доверия».

Учитывая потенциальную ребячливость написанного в чужом аккаунте, необходимо указать на то, что это стремление неслучайно: не что иное как передаваемые в детстве (и потому общие) книги создают феномен чувственного сообщества или коммуникативного образа (Петровская/Аронсон), создают прочную культурную солидарность тех, кто «учились по одним букварям». Тогда как в безнадежно взрослом состоянии книгами уже не делятся – их скрывают (из-за стыда перед читаемым, из опасения подражания), а в конечном счете перестают читать вообще (из-за так называемого отсутствия времени или, чаще, из-за «типично городской включенности в социальные сети», чтение в которых чаще всего носит сорный или технический характер и напрочь вытесняет способность сосредоточиться). Еще больше дорожат своими персональными инструментами высказывания.

Единоразово доверив свой аккаунт для публикации следующему участнику и воспользовавшись таким же доверием предыдущего участника пефрморнса, нематериальные труженики и творческие работники Петербурга попробуют перестать быть «менеджерами самих себя» и делиться тщеславными ссылками, заманчивыми анонсами и утомительными воззваниями – чтобы разделить с другими участие в «прагматическом» эксперименте по подрыву коммуникативной конвенции. Такое упражнение в десубъективации на письме не только прочно свяжет участников артистического сообщества алеаторными текстовыми связями, но и навсегда впечатает в историю профилей присутствие чужой речи.
Благодаря такому отказу от частной собственности на – столь рентабельное сегодня – публичное высказывание и стратегическому разрушению ясности того, «кто говорит», можно рассчитывать не только пережить терапевтически необходимую для современной поэзии «смерть автора», но одновременно начать говорить «с последней прямотой», этой исконной целью лирического высказывания (в конце концов это будет не только первое, но и последнее, что будет написано в чужом аккаунте). Вдохновленная метамарксимзом борьба с частной собственностью на средства речевого производства, таким образом, оказывается родственна стратегическому разрушению авторства и опосредованному производству случайности, каковых требует логика художественного авангарда. Это позволит участникам эксперимента убедиться в том, что современному когнитариату нечего терять, кроме своих паролей от аккаунтов.

2. «Разделяя сказанное» (Crowd-speaking)

экранизация одной статьи

medv

Если коммунизм письменной речи учит нас доверять друг другу, то коммунизм устной – пониманию взаимообусловленности. Литераторы левых взглядов делятся своим видением на современную литературную ситуацию и обмениваются идеями о том, как она может быть переустроена в будущем. Участники диалога «Литературная левая» из #15-16 [Транслит] озвучат свои позиции – но голосами других, зачастую полемически настроенных участников диалога. Такой опыт обмениваемых знаков и выстраивания спонтанной субъективности высказывания призван не только показать насколько позиции в культуре носят взаимно отталкивающийся характер и выстраиваются исходя из внутренней политики литературы, но и то, насколько наши взгляды в целом обязаны своей конструкцией реплике другого.

В проекте участвуют: Кирилл Медведев, Эдуард Лукоянов, Галина Рымбу, Никита Сунгатов

Камера: Кирилл Адибеков, Сергей Югов

Звук: Антон Курышев

Куратор выставочного проекта: Снежана Виноградова

Участие в проектах:

  • Проект Гёте-института в Санкт-Петербурге в преддверии Веймарского культурного форума «The Sharing game. Exchange in Culture and Society»
  • Audiatur Festival, Bergen, 2016

Рецензии:

Практика публичного высказывания с добровольной подменой автора изобретена и запущена. Причем практика имеет потенциал массовости. Ее первые шаги оказались довольно робкими и далекими от экстремальности, хотя Павел Арсеньев пытался подогреть публику предложениями совершить политическую провокацию или подорвать чью-нибудь репутацию. Воспитанная аудитория  перформанса вряд ли смогла бы этим заняться. Тем не менее, даже в сообществе людей, вовсе не желающих друг другу зла, у этой практики имеются интересные перспективы, требующие подготовки.

Globalsib

 

Тексты, найденные под обоями (Публичная программа Манифеста10, 2014)

Тексты, найденные под обоями

Публичная программа Manifesta10, Санкт-Петербург,
2014

Тексты, долгое время хранившиеся под спудом и обнаруживаемые при переклеивании обоев, являются не только риторическим артефактом ушедшей эпохи или даже разных эпох, образующими тем самым палимпсест дискурсивного бессознательного, но порой составляются и в совершенно прихотливые текстовые коллажи, высекая эффект «готового текстового объекта» (ready-written). Необходимость отделить штукатурку от нежного покрытия обойной бумаги заставляет соседствовать критику капиталистического рабства с предупреждением врачей об опасностях ядовитой медузы в газетах 60-х годов, рецензию на книгу по истории советской литературы из 80-х годов — с дореволюционными нотами Parfum des fleures, а фрагмент заголовка «оружие — ложь и клевета» с фотографией «родной пейзаж». Язык советских газет, который принято называть суконным и опровергающим самого себя, в перекомбинированном нуждами ремонта виде, парадоксальным образом начинает говорить в большей степени свидетельствовать против политической современности — несмотря на полную архаичность уже для своей эпохи. Ни точная репрезентация, ни полная инфляция знака, но именно их одновременное сочетание и порождает этот странный эффект текстуального спиритизма.

Участие в выставках:

Фото (далее…)

Примечания переводчика (Текстологии, 2013)

Примечания переводчика

Арсеньев работает с тревожной линией Дюшана в искусстве, который высветил и практиковал скандал произвольного наименования, что оставило от искусства только одно имя, одновременно механизировав работу живописца (приблизив ее к двоичному коду текста) и радикально освободив и диверсифицировав ее (такой свободой свободна литература по отношению к своему референциальному объекту). Создавая готовые стихи (ready-written), Арсеньев стремится сделать нечто подобное с поэзией, активно привлекая при этом опыт и средства искусства для выполнения этой задачи. Переводя текст в формат видео, Арсеньев обращается в своем фильме «Примечании переводчика» к стихотворению, состоящему из уже-готовых строк «Голубой и коричневой книг» Л. Витгенштейна. Единственное высказывание, недвусмысленно обозначающее свое авторство, — эпиграф, взятый из Витгенштейна, — тоже переписан, подчеркнут, выделен чужой рукой. Все остальные текстовые отрезки, авторство которых тем более не так просто установить, создаются еще более несобственным и механизированным образом, что призвано проблематизировать условия труда современной поэтической субъективности. Это оказывается сегодня возможным только благодаря широко понятым художественным средствам.

Version with english subtitles

Участие в выставках:

 

Поэзия дорвеев

Работа выполнена в соавторстве с Михаилом Куртовым (текст дорвеев) и Тимофеем Алексеевым (саунд-дизайн)

«когда б вы знали
из какого сайта
растут стихи
не ведая следа»
(о текстах, сгенерированных спам-машинами автоматически,
подробнее см. здесь)

Поэзия как культурно-привилегированный («качественный») опыт вместе со всеми своими аристократами бумажного духа сегодня пребывает в упадке. Ее подвел ее медиум — как бумага, так и традиционная конструкция поэтической субъективности. В эпоху, когда ежедневно число пользователей мобильными устройствами увеличивается на 1 млн., литература не может похвастаться той же расторопностью, что и техника (если не считать индустрию графомании, струкутруно отличающуюся от индустрии технических объектов, каждый из которых совершенен)
Этот процесс, обозначающий, что культурная индоктринация (и привилегии, конечно) заменяется техническими компетенциями, современная культура и поэзия как ее наиболее чувствительный орган не может более отказываться от рефлексии и самокритики собственного медиума. Поэзия сегодня должна оседлать технику, ей нужно не противостоять технике, не считать медиа профанирующим фактором, и не просто учиться пользоваться ими для того, чтобы продолжать отстаивать квоты поэтического высказывания, или даже сделать медиа своей темой. Необходимо не писать о медиа, но писать медиями. В пределе необходимо не спорить о том, литературен ли такой тип высказывания, но мыслить само существо литературы как необратимо изменившееся после появления дорвеев. В конце концов дорвеи не более неочевидно поэтичны и требуют отбора и редакторской дрессировки, чем молодые авторы. Вопрос «предвзятости» объединяет отбор дорвеев и редакторское решение.

Современный эстетический профицит переносит акцент с эстетических объектов, на режим эстетической перспективы, в фокус попадает уже не эстетика странного, но эстетика слабого, гипоэстетика. Даже ready-made слишком стационарен («водружен») в сравнении с мерцающей эстетикой дорвея. Однако это ни в коем случае не забава и не аргумент для консервативной критики «запутавшегося» в своих режимах искусства, это самокритика искусства (т.е. принадлежащая самому искусству рефлексия и стремление пересмотреть свои собственные основания). Дорвеи — не убийцы творческой субъективности, а фактор ее развития (как любой «протез» и «опосредование»). И чтобы в полной мере почувствовать (в т.ч. эстетический) вкус к технике, необходимо совершить культурное переформатирование и моральный переворот, в котором то, что оставалось в тени высказывающегося субъекта, займет сперва оспариваемое, а вскоре достойное место в истории эволюции художественных форм.

Участие в выставках:
  • Музей Фрейда, Петербург, 2012

Книга «Бесцветные зеленые идеи яростно спят» (Kraft, 2011)

_ <0PDF

10 декабря в книжном магазине «Порядок слов» прошла презентация крафт-серии и книги Павла Арсеньева «Бесцветные зеленые идеи яростно спят». [Видео-отчет]

Рецензии:

[Денис Ларионов / рец. на Арсеньев П. Бесцветные зеленые идеи яростно спят; Сафонов Н. Узлы; Нугатов В. Мейнстрим.]

Минирецензии:

Павел Арсеньев. Бесцветные зеленые идеи яростно спят
[СПб.: 2011]. — 56 с. — (Kraft: Книжная серия альманаха «Транслит» и Свободного марксистского издательства)

Павел Арсеньев не пишет стихов, он создаёт поэзию. Его марксистские центоны и иронические ситуационистские медитации не принадлежат просодическому корпусу русской лирики, а, скорее, похожи на экспонаты музея нонконформистского искусства: такие лингвистические бомбы или булыжники, призванные стать оружием в социальной борьбе за бытие. При этом они не лишены традиционных для лирической поэзии атрибутов: иронии и меланхолии. «Возвращайтесь в аудитории» звучит как мантра и как кавафианский плач, это мудрый коллаж из штампов и трогательных нюансов, пронизанный любовью к человечеству и жертвенным ему служением.

Ведь пожар в одной голове / всегда может перекинуться на другую, / И тогда полыхнёт весь город.

Пётр Разумов

Знаменитая фраза, ставшая предметом спора Якобсона с Хомским, тут, увы, ни при чём. Это просто маркер образованности. А сама книга разделена на две почти равных по объёму части: СОЦИОЛЕКТЫ и READY-WRITTEN. Первая — типовые верлибры, из тех, что американцы называли «университетской поэзией», порой украшенные фотографиями акций «Лаборатории Поэтического Акционизма». И впрямь, где-нибудь на ступенях действующего кафедрального собора или в сутолоке супермаркета — через мегафон! — они могут заинтересовать или хоть эпатировать. Вторая забавнее, поскольку не всегда можно понять, где ready-made, где авторская речь. А сам Арсеньев пытается спастись иронией, но это удаётся ему лишь так:

На примере данного стихотворения / Мы снова увидим, как / Политические декларации, / Включённые в произведение искусства, / Распрямляют, / Упрощают / И выводят произведение / Из эстетического пространства, / Переводят его в некую иную плоскость.

Дмитрий Чернышёв

Павел Арсеньев сосредоточен на работе с чужой речью, балансируя на грани между found poetry и прямым высказыванием (если предположить, что у них вообще может быть общая грань). В стихах первой книги поэта в очередной раз доказывается невозможность индивидуальной речи, но делается это несколько иначе, чем в классическом концептуализме: неважно, каково именно происхождение того или иного высказывания, навязано ли оно внешней дискурсивной матрицей или по естественному праву принадлежит поэтическому субъекту — риторическая структура речи принципиально не изменится, ведь по природе своей она лжива и всегда работает на «хозяев дискурса», но особо приготовленная выжимка из этой лжи способна заставить риторику «показать себя», а стоящую за ней идеологию отступить под напором холодной иронии.

Сокращение контингента, / Голод, падение / роли денег, / открытие общежитий, / появление неожиданных форм / коллективной жизни. // Долгосрочный характер тенденции («1914-1922»)

Кирилл Корчагин

Будучи поэтом-акционистом, создателем поэтических фильмов, лидером левых студенческих движений и академическим филологом, Павел Арсеньев также автор концепции серии «Крафт», которая недавно пополнилась второй «обоймой». Серия поэтических «брошюр», отпечатанных на обёрточной бумаге, призвана в негероическую эпоху поздних нулевых с их политическими и культурными консенсусами напомнить о двух героических традициях — о футуристической книге времён революционного авангарда и о советском самиздате. Именно поэзия, следуя логике серии «Крафт», обладает сегодня потенциалом протеста и неизрасходованным авангардным импульсом. Первый выпуск серии (куда вошли книги Кети Чухров, Романа Осминкина, Антона Очирова и Вадима Лунгула) ставил вопрос, как приравнять поэзию к открытому политическому высказыванию, перерастающему в непосредственное прямое действие. Вторая обойма (в ней собраны книги самого Арсеньева, Кирилла Медведева, Валерия Нугатова и Никиты Сафонова) заостряет проблему: как превратить поэзию в конкретную социальную практику, придать ей статус социального исследования или социальной миссии, сделать её социально необходимой. Книга Арсеньева (да и остальные книги в этой серии) будто пытается испытать поэзию на прочность, расширить границы поэтического или даже выйти за его пределы, в сферу злободневной социальной критики, репортажной журналистики или художественного акционизма. Арсеньев парадоксально сочетает два противоположных понимания поэзии: поэзия как материал для ситуационистского уличного перформанса («Религия — это стоматология», «Поэма товарного фетишизма» и т. д.) и поэзия как результат историко-филологического анализа, как поле столкновения культурных риторик и стилевых приёмов. Наверное, в дальнейшем его манера будет эволюционировать либо в сторону политического перформанса, либо в направлении утончённого филологического письма. Многие тексты Арсеньева пронизаны непримиримым поколенческим пафосом: например, в стихотворении «Марионетки самих себя» он обвиняет предшествующее поколение, «людей девяностых», в том, что они упустили исторические шансы, которые им были предоставлены перестроечными реформами. Любопытно, что поколенческая оптика, заданная в книге Арсеньева, содержит в себе одновременно и романтическое бунтарство, и очень чёткое, трезвое осознание своего места и назначения в сегодняшней социальной реальности.

а в конце понимаешь, / что все эти разы, когда ты высказывался, / лучше всего тебе удавались пассажи, / в которых говорящий то ли сам не вполне понимает, / по какую он сторону баррикад / и какую партию исполняет, / то ли оставляет возможность это решить тому, / кто это прочтёт или услышит.

Дмитрий Голынко

Воздух №4, 2011